Уоррен Гардинг и президентский покер

Уоррен Гардинг и президентский покер
29-й президент Соединенных Штатов находился на посту недолго, но побил по меньшей мере два рекорда. Во-первых, он до сих пор считается самым никудышным главой государства за всю его историю. А во-вторых, он был самым страстным покеристом из всех американских президентов, традиционно славящихся любовью к этой благородной игре.

 «Темная лошадка»

В игре, которая называется политика, «темные лошадки» вырываются вперед не реже, чем за покерным столом. Яркий пример тому – Уоррен Гамалиэл Гардинг, родившийся 2 ноября 1965 года в штате Огайо. Гардинг-старший был просвещенным аграрием, увлекавшимся гомеопатией и врачевавшим домочадцев и соседей. Сын его, окончив школу, поступил в Центральный колледж штата, потом какое-то время работал учителем, после переезда семьи в город Марион пытался завести частную юридическую практику, а потерпев неудачу, решил заняться издательским бизнесом и стал редактором и совладельцем – а позже и единственным хозяином – газеты Marion Star. Издание поначалу отнюдь не процветало, а пару раз и вовсе находилось на грани закрытия. Зато Уоррен получил возможность держать руку на пульсе городской жизни. А главное – стал вхож в местное «хорошее общество». По всей видимости, именно беседы в марионских гостиных навели обаятельного и легко завязывавшего знакомства молодого человека на мысли о политической карьере.

Тому способствовал и еще один важный фактор. Этот «фактор» звался Флоренс Клинг де Вильфе, для близких – попросту Флосси. Дочь банкира Элиоса Клинга, самого богатого жителя Мариона, успела в юности выйти замуж за проходимца, бросившего ее с маленьким сыном на руках. Она была старше Уоррена на пять лет и не блистала красотой. Гардинг женился на Флосси в 1891 году. Злые языки поговаривали – по расчету. Если и так – расчет оправдался сполна. И не столько из-за щедрого приданого, которым снабдил невесту отец, сколько из-за ее личных качеств – честолюбия, упорства и деловой хватки. Всего этого Флоренс де Вильфе хватало на двоих. Возможно, Гардингу вскоре наскучила бы политика, как все, за что он брался прежде. Но теперь свернуть с пути он не мог – Флосси, вплотную занявшаяся карьерой мужа, этого ни за что бы не допустила.

Между делом «Герцогиня», как звал ее Уоррен, наладила и работу руководимого им спустя рукава издания. Пока Флоренс владычествовала в редакции Marion Star, ни одному из сотрудников не была повышена зарплата. А Гардинг потихоньку играл с подчиненными в покер и, если они проигрывали, возмещал им потери наличными, тем самым как бы извиняясь за суровость супруги.

Благодаря собственному красноречию и паутине связей, которую плела Флосси, Гардинг в 1900 году стал сенатором Огайо от республиканской партии, в 1903-м – вице-губернатором. В 1910-м баллотировался на пост губернатора штата, но не преуспел. Зато в 1915-м при поддержке «огайской банды» (Ohio-Gang) – финансистов и политиков во главе с адвокатом Гарри Догерти – был выбран в федеральный сенат США.

Позже Догерти введет в сленг американских политиков выражение «прокуренная комната» (smoke-filled room), обозначающее некое место, где свершаются тайные и не очень чистые сделки, то есть закулисье. Ехидная фраза, содержащая этот меткий оборот, впервые прозвучит в рассказе об избирательной кампании, в результате которой в марте 1921 года Уоррен Гардинг стал 29-м по счету президентом Соединенных Штатов Америки. Что творилось тогда в «прокуренной комнате» – Гарри было известно лучше, чем кому другому.

Историки сходятся во мнениях: Гардинга привели к власти промышленники и банкиры – «огайская банда» и другие бизнес-группировки – для того чтобы иметь в Белом доме послушную марионетку. С другой стороны, американцы разочаровались в демократах, представителем которых был предшественник Гардинга Вудро Вильсон, и обвиняли их во всех неурядицах послевоенного времени. Поэтому «американизм» республиканцев – равнение на национализм и рост влияния церкви в светских делах – пришелся большинству населения по сердцу.

Уоррен Гардинг в Белом доме

На выборах 1920 года за Гардинга проголосовали 60% избирателей – около 16 миллионов человек. Но уже к началу 1923-го ни один из предыдущих президентов не мог тягаться с ним в непопулярности.

Гардинг и стоявшие за его спиной магнаты ратовали за невмешательство государства в бизнес. На практике же это обернулось тем, что бизнес вмешивался в дела государства всеми законными и незаконными способами.

«Для Америки необходимы не героизм, но исцеление; не панацея, но нормальность; не революция, но восстановление», – говорил новый президент. Ради скорейшего исцеления страны он сколотил свою команду из самых удачливых банкиров и торговцев США.

Не обошлось, конечно, и без закадычного Гардингова друга Гарри Догерти – он был назначен министром юстиции. Другой член «огайской банды», Альберт Фолл, разбогатевший на спекуляции земельными участками и рудниками, стал министром внутренних дел.

Представления о нормальной жизни у Гардинга, если судить по итогам двух лет и пяти месяцев его пребывания на президентском посту, были довольно экзотическими. Новое правительство фактически объявило своего рода лотерею: любая государственная должность отныне могла быть куплена по сходной цене.

Популистские меры чередовались с постановлениями, приносящими выгоду лишь отечественным олигархам. Так, понижение подоходного налога, обрадовавшее простых американцев, «уравновесилось» повышением пошлин на импортные товары, что привело к резкому скачку цен.

Банки строили финансовые пирамиды, завышая цены на акции. Шла почти неприкрытая торговля государственными нефтяными месторождениями. Первый в истории США «нефтяной скандал» был связан с именем Альберта Фолла. Министр внутренних дел, курировавший стратегическое нефтехранилище Teapot Dome, принимал от компаний, желающих получить госзаказ, крупные «подарки» и, окончательно зарвавшись, в какой-то момент потерял осторожность. Расследование длилось около года. Фолл стал единственным соратником президента, приговоренным к тюремному заключению, хотя коррупция в высших эшелонах власти достигла в 1921–1923 годах невиданного доселе размаха.

Многие современные исследователи считают, что именно хаос, царивший в экономике при Гардинге, послужил причиной грянувшей спустя несколько лет Великой депрессии.

Но нам, россиянам, все же следует замолвить доброе слово за американского президента – скорее человека недалекого, ограниченного и запутавшегося в чужих интригах, чем злого гения своей страны.

21 марта 1921 года, через две недели после инаугурации Гардинга, М.И. Калинин отправил новому президенту телеграмму с предложением послать дипломатическую делегацию для обсуждения советско-американских отношений. По понятным причинам Гардинг телеграмму проигнорировал. Вскоре появилось заявление правительства США, в котором выражалась готовность торговать с Советской Россией, но не раньше, чем там «будут предприняты фундаментальные изменения, обеспечивающие неприкосновенность жизни и собственности» и «обеспечены благоприятные условия для поддержания торговли».

Однако спустя несколько месяцев Максим Горький по поручению Ленина попросил директора АРА Герберта Гувера помочь голодавшему населению Поволжья.

И это послание Гардинг не оставил без ответа. В обращении к Конгрессу США от 6 декабря 1921-го он сказал: «Америка не может оставаться глухой к такой просьбе. Мы не признаем правительство России и не потерпим пропаганды, исходящей оттуда, но мы не забываем традиций русской дружбы. Мы можем забыть на время все наши внешнеполитические соображения и фундаментальные расхождения в формах правления. Главным является призыв страждущих и гибнущих».

В 1921–1923 годах благотворительная помощь из США спасла жизни сотням наших соотечественников.

И мы обязаны это помнить.

Покерный кабинет и китайский сервиз

На фотографиях, запечатлевших Уоррена Гардинга в зрелости, мы видим импозантного седоволосого мужчину с густыми бровями, орлиным носом и проницательным взором. Просто идеальная внешность для справедливого и мудрого правителя и примерного семьянина.

В действительности он не был ни тем ни другим. Преданная и неутомимая Флосси всю жизнь страдала из-за супружеских измен. Помимо Нэн Бритон, живописавшей в мемуарах, как президент запирался с ней в своей личной гардеробной, выставляя снаружи охрану, у Гардинга было множество подруг, постоянных и случайных. После смерти Уоррена ходили слухи, что терпение Флоренс наконец-то лопнуло и 2 августа 1923 года в номере шикарного отеля в Сан-Франциско она подсыпала неверному муженьку яду.

Но вряд ли. Скорее Гардинга свел в могилу инсульт. А если это все-таки было убийство – с не меньшим основанием, чем миссис Гардинг, в нем можно заподозрить кого-либо из членов так называемого покерного кабинета, сопровождавших президента в его последнем турне по Америке.

Неофициальный «кабинет», который составляли друзья и советники, имелся едва ли не у каждого президента США. Иногда такой группе приближенных давались шутливые прозвища. Так, у Теодора Рузвельта был «теннисный кабинет», а Гарри Трумен звал свою свиту «кухонным кабинетом». Звучит всяко лучше, чем «прокуренная комната». Хотя нередко функции первого и второго совпадают.

Заметим, покер любили и Рузвельт, и Трумен – да и едва ли не все американские президенты начиная с Линкольна. И все они совмещали деловые беседы с игрой – полезное с приятным. Почему же именно «кабинет» Гардинга удостоился эпитета «покерный»? Вероятно, потому, что «приятное» этот президент ценил куда как выше «полезного»…

Часто покерный кабинет – разумеется, в основном состоявший из членов все той же «огайской банды» – заседал по ночам. Флосси в покер не играла, но в разговорах принимала живое участие. И собственноручно смешивала для мужа и его гостей крепкие коктейли. Восхитительное лицемерие, если учесть, что и до, и после своего избрания в президенты Уоррен Гардинг был горячим сторонником сухого закона.

Об удачах Гардинга за карточным столом нам известно мало, зато проигрывал он с поистине президентским шиком. Дело доходило до анекдотических ситуаций. Еще будучи сенатором, он дал себя облапошить в поезде, следовавшем из Вашингтона в Нью-Йорк, шайке шулеров с краплеными картами. Гардинга подвела его знаменитая чрезмерная общительность: он был уверен, что незнакомец, бросившийся к нему с объятиями, а минутой позже предложивший сыграть в бридж, – на самом деле кто-то из его многочисленных приятелей.

Что же до покера – во время одного из своих ночных приемов президент умудрился проиграть бесценный китайский фарфоровый сервиз, состоящий из множества предметов. Игрока не смутило то пикантное обстоятельство, что сервиз был не его личной собственностью, а частью обстановки Белого дома. На фоне скандалов, сопровождавших правление Гардинга, этот казус, конечно, выглядел пустяком, но добавил к имиджу главы государства лишнюю колоритную деталь.

Текст: Ада Джокер

 

Комментировать

Ответ на комментарий "":

   Забыли пароль?

игра в предыдущих номерах журнала: